Верховный суд велел платить директору на общих основаниях

Верховный суд велел платить директору на общих основаниях Источник фото: https://www.pexels.com/

Сразу скажем: радоваться рано, но мы получили от Верховного Суда РФ чёткий круг вопросов, который следует изучать суду и оценить в делах о взыскании долгов с жителей коттеджных посёлков. Коллеги, нужно готовиться доказывать всё…

В Московской области существует неплохо развитый (судя по отзывам) коттеджный посёлок, которым управляет ООО «ПЖК Николино». И вот в один прекрасный день указанное общество обратилось в суд с иском к одному из жителей посёлка. Хотели получить неосновательное обогащение за почти два года.

В обоснование исковых требований истец указал, что пос. Николино (Таганьково-7) является поселком закрытого типа, представляющим собой жилой комплекс, единая территория застройки, включающая земельные участки в установленных границах и расположенные на них жилые дома, принадлежащие физическим и юридическим лицам. Территория поселка огорожена, установлены КПП.

(Александр из-под Москвы, знакомая обстановка, да?)

Ответчику принадлежит земельный участок и жилой дом в посёлке.

Истец выполняет работы и оказывает услуги, связанные с обеспечением благоприятных и безопасных условий проживания граждан в поселке, надлежащим содержанием имущества общего пользования, а именно: организацией ограниченного доступа на территорию поселка, организацией централизованного сбора и вывоза мусора, обеспечение содержания и уборки мест общего пользования, включая дороги общего пользования, пешеходные дорожки, детские площадки и прочие зоны отдыха, организацией благоустройства и озеленения территории общего пользования, организацией видеонаблюдения и освещения общественных зон и территорий, а также прочие услуги и несет соответствующие расходы.

  • Между истцом и ответчиком в 2009 году был заключен договор на предоставление услуг и техническое обслуживание, согласно которому ответчик обязался ежемесячно оплачивать услуги истца.
  • Ответчик свои обязательства должным образом не исполнял, истец был вынужден неоднократно обращаться в суд с иском о взыскании задолженности.
  • Весной 2017 года ответчик в одностороннем порядке расторг договор, а новый не заключал.
  • (Александр из-под Москвы, и ведь это тоже как под копирку, да?)
  • В обоснование размера неосновательного обогащения истец указал, что стоимость содержания поселка на следующий год рассчитывается исходя из затрат, которые организация понесла в текущем году в соответствии с заключенными договорами и с учетом инфляции.
  • Получив исковое заявление, житель посёлка не растерялся и подал встречный иск о взыскании излишне уплаченных денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере и государственной пошлины.

В обоснование встречного иска житель указал, что у ООО «ПЖК Николино» не имеется имущества общего пользования.

Объекты инфраструктуры, водопроводные сети, скважины, распределительные газопроводы, канализация, очистные сооружения, сети энергоснабжения, дороги, беседки, сооружения, дома охраны, административные здания, все земельные участки расположенные внутри поселка и не принадлежащие собственникам частных домовладений, оформлены в собственность ЗАО «Агроимпэкс» и переданы им в аренду ООО «ПЖК Николино».

Собственник несет бремя содержания имущества, следовательно, ответчик не может нести расходы на их содержание, так как имущество ему не принадлежит. Собрание собственников по вопросу управления поселком не проводилось, тарифы не устанавливались, договорные отношения между истцом и ответчиком отсутствуют.

Житель вспомнил, что он — Потребитель, а стало быть имеет право получать в необходимых объемах коммунальные услуги надлежащего качества, а потому считает необходимым для себя только некоторые услуги: охрана поселка, содержание, уборка и обслуживание дорог, вывоз бытового мусора.

Остальными услугами житель якобы не пользуется, а газоснабжение, электроснабжение и водоснабжение оплачивает отдельно. Также приведены были некие расчёты, которые мы не приводим для краткости.

В итоге житель указал, что ранее по ошибочному его поручению третье лицо перечислило ООО «ПЖК Николино» средства в размере 126 502,57 руб., так вот житель считает необходимым уплатить из этих средств ООО «ПЖК Николино» 37 653,53 руб. с февраля 2017 по декабрь 2018 г., а оставшиеся излишне уплаченные средства подлежат взысканию с ООО «ПЖК Николино»…

Лихо закручено? Встрепенитесь, управленцы коттеджных посёлков! Сейчас будет action…

Суд первой инстанции первоначальный иск удовлетворил, а во встречном иске отказал. Мотивы?

Поскольку обществом услуги потребителю оказываются, а оплату этих услуг потребитель не осуществляет, иск подлежит удовлетворению, а доводы потребителя о том, что он готов оплачивать только те услуги в которых нуждается, судом признаны несостоятельными, поскольку такая позиция потребителя приведет к нарушению прав других собственников объектов в поселке. В довесок приведены положения статей 395 и 1102, 1107 ГК РФ.

Естественно, последовала апелляционная жалоба от ущемлённого потребителя!

Судебная коллегия Мосгорсуда её приняла к рассмотрению и оценила заявленные доводы так.

Первое; доводы апелляционной жалобы о том, что истцом не представлены доказательства существования поселка Николино (интересный довод на грани того, виден ли суслик в поле!), существования общего имущества жителей поселка и передачи общего имущества в управление истца, отсутствуют акты, позволяющие оказывать гражданам услуги по содержанию и обслуживанию не принадлежащего им имущества на бездоговорной основе, судебная коллегия нашла несостоятельными.

Факт предоставления обществом услуг по управлению, содержанию и эксплуатации поселка «Николино» подтвержден материалами дела, в частности представленными договорами аренды, договорами на вывоз ТБО, договорами поставки, договорами купли – продажи, договорами на обслуживание с использованием пластиковых карт, договорами об оказании охранных услуг, и др., актами об оказании услуг, платежными документами.

  1. Второе; сыграло роль и наличие апелляционного определения Московского областного суда, которым оставлено без изменения решение Одинцовского городского суда Московской области о взыскании с потребителя в пользу ООО «ПМК Николино» задолженности (за предыдущий период).
  2. Третье, на что указала коллегия, — отсутствие договора между собственником земельного участка и обществом не освобождает ответчика (потребителя) от внесения платы за предоставленные истцом услуги.
  3. В итоге решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Но горечь потребителя была бы неполной без проигрыша в кассационной инстанции, куда и подана была его жалоба…

Коллегия Второго кассационного суда общей юрисдикции рассмотрела жалобу в январе 2020 года и не нашла оснований к отмене состоявшихся по делу судебных актов.

Какие же доводы заявлены были? Кроме тех, что уже приведены были выше, в жалобе было заявлено следующее:

Вс разъяснил права индивидуальных садоводов :: жилье :: рбк недвижимость

Граждане имеют право вести садоводство индивидуально и при этом пользоваться общим имуществом СНТ, постановил Верховный суд России

Верховный суд велел платить директору на общих основаниях

ТАСС/ Владимир Смирнов

Платить за пользование общим имуществом индивидуальный садовод и член садоводческого некоммерческого товарищества (СНТ) должны одинаково. К такому выводу пришел Верховный суд России, сообщает «Российская газета».

Разъяснения Верховного суда потребовались после череды судов низшей инстанции.

Садоводческое товарищество обратилось в районный суд с иском к гражданину, который трудился и отдыхал на территории этого СНТ, но членом его не был.

На юридическом языке такой человек именуется «ведущим садоводство в индивидуальном порядке». Садовод уже два года не платил членские взносы, но пользовался общей инфраструктурой, отмечается в заметке.

Товарищество попросило суд обязать ответчика подписать с СНТ договор и выплатить взносы за два года. Ответчик подал встречный иск, в котором указал, что согласен подписать договор с СНТ на своих условиях.

Индивидуальный садовод просил правление товарищества расписать, сколько ему платить за каждый объект местной инфраструктуры отдельно.

Также ответчик потребовал по каждому объекту инфраструктуры предоставить ему формулы, по которым высчитывалась стоимость пользования общим имуществом СНТ, пишет «РГ».

Иск СНТ районный суд удовлетворил, но не полностью. Он взыскал долг с дачника по уплате общих взносов, но отказался обязать его подписать с садовым товариществом договор за пользование инфраструктурой поселка.

С требованиями встречного иска районный суд не согласился, так как, по закону о садовых товариществах, предложенный дачником вариант договора с делением по каждому объекту и формулами является незаконным, уточняет издание.

Тогда дачник обратился в Верховный суд, который объяснил, что в законе о садоводческих товариществах сказано, что граждане имеют право вести садоводство индивидуально. При этом они вправе пользоваться объектами инфраструктуры и общим имуществом садового товарищества.

Однако пользоваться общим имуществом индивидуальные садоводы должны за плату и на условиях договора, заключенным с товариществом «в письменной форме и в порядке, определенном общим собранием членов».

Верховный суд отменил решения судов первой инстанции и отправил дело на новое рассмотрение, написано в статье.

Президент России Владимир Путин 29 июля 2017 года подписал закон «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд». Закон регулирует отношения, касающиеся имущества общего пользования, предоставления земельных участков, капитального строительства на них, также определяется порядок поддержки органами госвласти и местного самоуправления деятельности товариществ.

Верховный суд велел платить директору на общих основаниях

Верховный суд РФ принял определение от 08.04.2019 N 81-КГ18-27 по иску бывшего руководителя организации к своему работодателю. Руководитель просил взыскать компенсацию за досрочное увольнение в повышенном размере. Такой «золотой парашют» был предусмотрен трудовым договором.

Когда трудовой договор и Трудовой кодекс противоречат друг другу

В соответствии с нормами статьи 278 ТК РФ при досрочном прекращении трудового договора с руководителем организации по решению уполномоченного органа компании (либо собственника имущества организации или уполномоченного им лица) размер выходного пособия может быть определен в трудовом договоре с руководителем. При этом его размер не может быть меньше трехкратного среднего месячного заработка.

В суд с иском о взыскании повышенной компенсации за досрочное увольнение обратился бывший руководитель организации, который не доработал до окончания полномочий 9 месяцев.

Его уволили по решению участников ООО и выплатили ему стандартный «золотой парашют» — трехкратный средний месячный заработок.

Но в трудовом договоре руководителя было записано, что при досрочном увольнении по решению участников общества ему положена выплата средней зарплаты за весь период, который остается до истечения срока полномочий. То есть, в ситуации, которая произошла, — за 9 месяцев.

Таким образом, полученное экс-директором выходное пособие оказалось значительно меньше суммы, положенной ему по трудовому договору.

Но собственники организации отказались выплачивать повышенную компенсацию, они объяснили, что не давали согласия на условие о таком «золотом парашюте», а председатель общего собрания в момент подписания трудового договора злоупотребил своим правом и включил этот пункт в договор без обсуждения.

Для повышенной выплаты одного трудового договора мало

Суды при рассмотрении иска экс-руководителя разошлись во мнениях. Суд первой инстанции принял сторону организации-работодателя и в иске отказал. Судьи отметили, что назначенная по трудовому договору компенсация, которую требует истец, не соответствует принципу разумности и адекватности, а также ее целевому назначению.

Но суд апелляционной инстации с такими выводами коллег не согласился. Судьи указали, что условие трудового договора о повышенном размере выходного пособия отвечает принципу приоритета более благоприятного положения работника.

Трудовой договор заключен уполномоченным на это собственником, его условия были согласованы сторонами добровольно, поэтому нет причин их не выполнять.

Но Верховный суд решение апелляции отменил и восстановил решение суда первой инстанции. Суд указал, что такой размер компенсации нарушает интересы организации-работодателя. Ведь нельзя произвольно повышать размер компенсации только на основании трудового договора.

Принцип назначения выходного пособия должен быть единым и соответствовать системе оплаты труда. Поскольку ни уставом общества, ни положением об оплате труда и другими локальными нормативными актами такие высокие выходные пособия предусмотрены не были, его можно не выплачивать.

Читайте также:  Таблица контрольных соотношений 6-НДФЛ и 2-НДФЛ в 2022 году

Тем более что и в решении общего собрания участников общества о назначении директора не было никаких указаний на особый размер компенсации за досрочное увольнение.

Нормы трудового договора были признаны злоупотреблением правом, а директор остался с выплаченным первоначальным пособием в размере трех средних заработков.

Неоднозначные вопросы трудовых споров с директорами. Новые разъяснения от Верховного суда

Пленум Верховного суда недавно принял постановление, регулирующее неоднозначные вопросы труда руководителей компаний. Большей частью постановление посвящено нюансам именно трудовых споров и применения трудового права, но в некоторых случаях эти вопросы пересекаются с корпоративными спорами.

Споры, связанные с трудовой деятельностью руководителей компаний, всегда вызывали много вопросов на практике.

Это связано, во-первых, с двойственностью правового статуса руководителя: он выступает и как единоличный исполнительный орган хозяйственного общества, и как наемный работник одновременно.

Во-вторых, с отсутствием единообразия в практике судов общей юрисдикции, в том числе большим количеством противоречий в решениях самого Верховного суда.

Недавно Верховный суд попытался уточнить подходы к разрешению трудовых споров с руководителями. В результате было принято постановление Пленума Верховного суда от 02.06.

15 № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» (далее – постановление № 21). Это постановление № 21 должно снять некоторые спорные вопросы судебной практики.

В то же время некоторые вопросы так и остались неразрешенными либо решения, предлагаемые в постановлении № 21, сформулированы не совсем ясно.

Один из ключевых вопросов, которым посвящено постановление № 21, связан с разграничением подведомственности споров с директорами.

Необходимость в прояснении этого вопроса действительно имелась, потому что споры с одним и тем же предметом в зависимости от обстоятельств можно рассматривать и как трудовые, и как корпоративные.

Правда, нельзя сказать, что разъяснения Верховного суда эту проблему полностью сняли: некоторые формулировки постановления № 21 требуют дополнительного толкования.

Подведомственность судов общей юрисдикции. Верховный суд обозначил категории дел, которые относятся к компетенции судов общей юрисдикции (п. 3 постановления № 21).

Это только трудовые споры, то есть споры между обществом и руководителем по поводу их трудовых отношений.

Таким образом, иски, где стороной являются иные лица (например, участники общества), а не само общество, а также иски, не связанные с трудовыми отношениями руководителя и компании, не относятся к подведомственности судов общей юрисдикции.

Верховный суд приводит примеры типичных трудовых споров, которые рассматривают суды общей юрисдикции.

Во-первых, это дела об оспаривании руководителями решений о досрочном прекращении их полномочий, возникших в силу трудового договора. Надо сказать, что формулировка этого примера не вполне удачна. Дело в том, что полномочия руководителя возникают по установленным гражданским законодательством основаниям.

Трудовой договор лишь регулирует трудовые отношения руководителя с компанией. Поэтому с учетом изложенного в пункте 3 постановления № 21 общего принципа о подведомственности судам общей юрисдикции только тех споров, которые возникают из трудовых отношений, эту формулировку нужно, по-видимому, толковать следующим образом.

Если требования основаны на нормах трудового законодательства – например, бывшая руководительница (генеральный директор) просит восстановить ее на работе, ссылаясь на факт беременности на дату увольнения, то дело рассматривает суд общей юрисдикции.

Если же требования основаны на нормах гражданского права – к примеру, в аналогичной ситуации бывшая руководительница (генеральный директор) ссылается на несоблюдение корпоративных норм при принятии решения о прекращении ее полномочий, такой спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде. Это вытекает также из пункта 4 статьи 225.

1 Арбитражного процессуального кодекса, согласно которому к корпоративным спорам, рассматриваемым арбитражными судами, отнесены споры, связанные с прекращением полномочий лиц, входящих или входивших в состав органов управления.

Во-вторых, это споры по искам одной стороны трудового договора к другой стороне об оспаривании и признании не подлежащими применению условий трудовых договоров, в том числе о размере оплаты труда, выходных пособий, компенсаций и иных выплат в связи с прекращением трудового договора.

В-третьих, иски об оспаривании руководителями применения к ним мер дисциплинарной ответственности.

Подведомственность по спорам о взыскании с руководителей убытков. На практике неоднозначная ситуация с подведомственностью складывается также в отношении споров о взыскании с директоров убытков (материального ущерба).

Дело в том, что возможность привлечения директора к материальной ответственности предусмотрена как гражданским (ст. 53.1 ГК РФ), так и трудовым законодательством (ст. 277 ТК РФ).

В пункте 7 постановления № 21 приведена лишь общая формулировка о том, что дела по спорам о взыскании убытков с директоров рассматриваются как судами общей юрисдикции, так и арбитражными судами в соответствии с правилами о разграничении компетенции, установленными процессуальным законодательством (то есть по нормам части 3 статьи 22 ГПК РФ, пункта 2 части 1 статьи 33 и пункта 3 статьи 225.1 АПК РФ).

Применительно к искам о взыскании с руководителя причиненных компании убытков, предъявляемых участниками и акционерами, сложностей не возникает. В силу прямого указания пункта 3 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса такие иски рассматривают арбитражные суды. А вот по аналогичным искам, где истцом выступает сама компания, единой позиции не сложилось.

Когда директор заплатит налоги за свою компанию, решал ВС — новости Право.ру

В 2014-м во время проверки столичной ООО «ТрансСтромСервис» налоговая выяснила, что в 2009–2011 годах компания недоплатила 690 млн руб. налога на прибыль и НДС. Организацию, которая занимается ремонтом дорог, обязали погасить не только долг, но и пени на 160 млн руб.

Оспорить это решение компания не смогла. А в 2019-м ее гендиректора, Петра Шкатулова, приговорили к двум годам колонии за уклонение от уплаты тех самых налогов  (п. «б» ч. 2 ст. 199 УК). После этого ИФНС обратилась в суд в гражданско-правовом порядке: потребовала взыскать с топ-менеджера 850 млн руб.

недоплаченных налогов и санкций. 

Центральный районный суд Сочи полностью удовлетворил иск (дело № 2-5368/2019). Шкатулов не смог добиться отмены решения ни в апелляции, ни в кассации (дела № 33-8531/20 и 88-21072/2020). Гендиректор пытался доказать, что недоимку надо взыскивать не с него, а с его компании.

Но три инстанции решили, что ИФНС взыскивает не налоги, которые должна платить организация, а ущерб от преступления гендиректора. А значит, он и должен платить.

В кассации ответчик также обращал внимание, что налоговая пытается получить с него деньги и в гражданском, и в арбитражном процессе: по ГПК заявила требование о возмещении ущерба от преступления, а по АПК привлекает к субсидиарной ответственности.

Но Четвертый кассационный суд постановил: раз решения о «субсидиарке» еще нет, то суд общей юрисдикции может взыскать деньги. Тогда Шкатулов обратился в Верховный суд. 

Забытое постановление КС

21 сентября дело рассмотрела коллегия под председательством Сергея Асташова (дело № 18-КГ21-71-К4). Об основных положениях кассационной жалобы рассказал судья-докладчик Михаил Кротов.

ФНС может требовать деньги с руководителя компании, только когда убедится, что у организации нет имущества, считает Шкатулов. Логика в том, что сначала должен заплатить сам налоговый агент.

А его гендиректор, по вине которого бюджет не получил налоги, погашает ту часть, которую компания не в состоянии «закрыть». 

Интересы Шкатулова представляли глава МКА «Правовой диалог» Наталья Забрудская и Тимур Хабиров. Адвокат объяснила, что «ТрансСтромСервис» сейчас банкротится (дело № А40-19963/2017). Конкурсное производство еще не завершено.

Арбитражный управляющий и ФНС успешно оспаривают сделки, конкурсная масса банкрота наполняется. То есть у компании будут деньги, чтобы погасить задолженность перед налоговой.

А еще в том же банкротном деле ФНС привлекает к «субсидиарке» Шкатулова и других контролирующих компанию лиц, рассказала Забрудская. 

В деле Шкатулова нужно было применить постановление КС № 39-П/2017. Из него следует, что одного обвинительного приговора недостаточно, чтобы взыскать налоги компании с ее директора. А взыскивать штрафы юрлица с руководителя вообще нельзя, подчеркнула представитель.

Нижестоящие суды исследовали не все доказательства ответчика, добавила Забрудская и попросила вернуть дело на новое рассмотрение. 

«Берем, с кого можно, а потом будем разбираться»

Налоговую в ВС представляли Сергей Долгов и Олег Степанов. Дело нужно приостановить до окончания банкротства «ТрансСтромСервис», неожиданно сказал Долгов. 

— Мы никогда не отрицали, что в этом споре применяется постановление № 39-П. Мы просили применить его и приостановить производство. Но в первой инстанции нас не услышали, рассмотрели дело, — рассказал представитель ФНС. 

По словам Долгова, инспекция подала гражданский иск, потому что банкротство компании — долгий процесс. А срок на обращение за возмещением вреда от преступления Шкатулова истекает уже в январе 2022 года. Сославшись на все то же постановление КС № 39-П, Долгов отметил, что с физлиц не взыскиваются только штрафы организаций. А пени — это другое, их можно взыскать. 

Кротов спросил, является ли налоговая кредитором в банкротном деле. Долгов это подтвердил. 

— То есть вы одновременно являетесь кредитором и в деле о банкротстве, и в деле Шкатулова? А закон предоставляет вам такое право? Получать налоговые взносы одновременно с двух субъектов? — еще любезнее уточнил судья.

— Я понимаю, о чем вы говорите. Но гражданский иск — это право. Мы это право реализовали. Поэтому мы и просили приостановить, — объяснил Долгов. 

Дальше Кротов пытался выяснить, зачем подавать иск к Шкатулову, если деньги еще можно получить от юрлица. Все упирается в срок исковой давности, который начался после вынесения приговора, сказал Долгов. 

— То есть [решили] заранее взыскать? — возмутился Асташов. 

— Мы говорили, что нужно приостановить производство до момента разрешения вопроса в деле о банкротстве юрлица, — напомнил Долгов. 

И рассказал, что до 2021 года у «ТрансСтромСервис» не было никакого имущества. Только сейчас оно потихоньку возвращается в конкурсную массу. 

— Позиция инспекции сводится к тому, что сначала берем, с кого можно, а потом будем разбираться? — возмутился Кротов. 

Все дело в сроке исковой давности по требованию о возмещении ущерба к Шкатулову, настаивал Степанов, второй представитель инспекции. Срок можно пропустить, если ждать окончания конкурсного производства.

—  Мы пытались подать и приостановить, чтобы не утратить право на иск в дальнейшем, после исчерпания возможности взыскать с юридического лица, — подчеркнул Степанов. 

Читайте также:  До сентября банки не будут брать с физлиц комиссию за снятие валюты

В итоге, недолго посовещавшись, «тройка» судей вернула дело на новое рассмотрение в первую инстанцию. 

  • Верховный суд РФ
  • Гражданский процесс

Верховный суд: если организация не платит директору зарплату, она не обязана платить страховые взносы

Верховный суд: если организация не платит директору зарплату, она не обязана платить страховые взносы

В базу для расчета страховых взносов включаются только начисленные выплаты в пользу работников. Если зарплата работнику фактически не начисляется, то и оснований для начисления страховых взносов нет. Правомерность такого подхода подтвердил Верховный суд в определении от 17.02.17 № 309-КГ16-20570.

Об этом споре мы уже писали ранее (см. «Какие решения принимали арбитражные суды в октябре 2016 года: ошибка в КБК на уплату взносов, НДФЛ на «отступные» при увольнении по соглашению сторон, отказ директора от заработной платы»). Кратко изложим его суть.

Два генеральных директора организации, с которыми были заключены трудовые договоры, написали заявления о неначислении и невыплате им заработной платы. Поскольку выплат в их пользу не было, страховые взносы не начислялись.

Но в Пенсионном фонде заявили: каждый работник, с которым заключен трудовой договор, имеет право на получение заработной платы, и отказ от этого права Трудовым кодексом не предусмотрен. Любой отказ работника от заработной платы является недействительным, а решение работодателя о невыплате зарплаты — незаконным.

Поскольку фактически оба директора осуществляли трудовые функции, организация должна была начислять и выплачивать им заработную плату. В итоге на сумму невыплаченной зарплаты контролеры начислили страховые взносы (размер оплаты труда проверяющие определили расчетным путем).

Решение суда

Суд первой инстанции согласился с проверяющими: так как оба директора фактически выполняли трудовые функции, то их отказ от получения заработной платы не освобождает страхователя от обязанности исчислять страховые взносы.

Но суды вышестоящих инстанций, включая Верховный суд, поддержали организацию, указав на следующее. В базу для расчета страховых взносов включаются только начисленные в пользу работников выплаты.

А в данной ситуации начислений не было. Значит, объект обложения страховыми взносами не возник.

Кроме того, добавили судьи, законодательство не позволяет контролерам при отсутствии базы для начисления взносов, рассчитать взносы самостоятельно, исходя из МРОТ.

Комментарий редакции

Отметим, что условие об оплате труда является обязательным условием трудового договора (ст. 57 ТК РФ).

Поэтому невыплата заработной платы при наличии заключенного трудового договора признается нарушением трудового законодательства, за которое грозит как минимум административный штраф (ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ).

Кроме того, нужно учитывать, что отсутствие начислений в пользу физлиц не освобождает организацию от обязанности сдавать на этих лиц отчетность по страховым взносам, а также форму СЗВ-М.

А если проверяющие все же обнаружат какие-то выплаты в пользу работников, то постараются обосновывать, что эти выплаты носят характер вознаграждения за труд. Если им это удастся, то организации будут доначислены взносы, пени и штрафы. Подробнее см. «Директор — единственный учредитель: можно ли не платить ему зарплату и не сдавать на него отчетность в фонды?».

Бесплатно заполнить, проверить и сдать через интернет СЗВ‑М и РСВ В закладки Поделиться 16 731

Адвокаты программы «Человек и Закон» – консультации юристов

Верховный суд РФ — это высшая инстанция по делам общей юрисдикции. Он находится на одной иерархической ступени с Высшим арбитражным судом.

Разница между ними заключается в делах, которые данная структура правомочна пересматривать. Увы, решения не всегда бывают объективны. Судьям свойственны ошибки, нельзя исключать и предвзятость.

Это и является поводом для обращения, равно как и новые обстоятельства, которые появились после оглашения приговора. 

«Инстанцию можно назвать судом для суда. Сотрудники обращают внимание, прежде всего, на те ошибки и недочёты, которые были допущены коллегами при рассмотрении того или иного дела. При этом многочисленные тонкости и обстоятельства события вероятного преступления уходят в тень самого разбирательства и действий человека в мантии», — считает адвокат по уголовным делам Вячеслав Лоскутов. 

Обращение в «Верховный» подаётся, если дело относится к общей юрисдикции. Работа инстанции кроется в оценке и контроле деятельности нижестоящих судов.

Все поступающие жалобы можно классифицировать на апелляционные — для оспаривания решения, которое ещё не успело приобрести силу,  кассационные — для пересмотра решений всех судов, кроме районных, и надзорные, которые затрагивают действия верховных судов республики, области, края, городов особого подчинения и автономных регионов страны. 

«Поскольку Верховный суд перегружен работой, обращения должны быть краткими и ёмкими, изложенные сухим языком доказательств и аргументов.

Эмоциям волю давать нельзя, даже несмотря на все пережитые трудности и обстоятельства рассмотрения.

Для составления жалобы лучше воспользоваться услугами профессионального юриста, имеющего необходимый опыт», — советует адвокат по уголовным делам Вячеслав Лоскутов. 

Процесс подачи жалобы в Верховный суд описан в процессуальных кодексах. В любом обращении нужно указать наименование структуры, которая её принимает; сведения о лице или структуре, которая направляет её; список сторон и участников дела, а также полную информацию по ним. 

«Регламент подачи жалобы в Верховный суд по уголовному делу закреплён в УПК РФ. Обычно жалобу подаёт та сторона, которая считает, что решение несправедливо, принято с нарушением законодательства или не были приняты во внимание важные обстоятельства дела.

Жалоба подаётся заказным письмом.  Прежде всего определяется, принять её или отклонить.

Если выносится решение отклонить жалобу, то есть возможность обратиться к председателю «Верховного» и его заместителю», — резюмирует адвокат по уголовным делам Вячеслав Лоскутов. 

Уголовная ответственность директоров организаций за неисполнение решений судов. Обзор судебной практики

Обзор судебной практики по ст. 315 УК РФ (PDF)

В России большое количество судебных актов в сфере гражданского судопроизводства не исполняется. Происходит это по разным причинам, в том числе из-за уклонения лиц, против которых приняты решения судов, от их исполнения.

Обеспечить выполнение судебного решения и защитить права и интересы сторон по делу призвана ст. 315 УК РФ, предусматривающая уголовное наказание за злостное неисполнение судебного акта или воспрепятствование в его исполнении.

Начну с краткого изложения теоретического материала. С объективной стороны преступление, предусмотренное ст. 315 УК РФ, выражается в злостном неисполнении вступивших в законную силу приговора суда, решения суда или иного судебного акта, а равно воспрепятствовании их исполнению.

В диспозиции статьи речь идет о неисполнении как судебных актов, вынесенных судами Российской Федерации, так и в случае заключенных международных договоров Российской Федерации постановлений судов иностранных государств, международных судов и арбитражей (третейских судов).

Неисполнение судебного акта предполагает как непринятие необходимых мер для его реализации, ненадлежащее его исполнение (т.е. несоответствующее предписаниям суда), так и создание препятствий для его исполнения. Такое ненадлежащее исполнение должно охватываться умыслом виновного в качестве варианта неисполнения судебного акта.

  • Однако при наличии объективных обстоятельств, которые делают невозможным своевременное исполнение судебных актов (например, отсутствие средств в организации), состав преступления отсутствует.
  • Исходя из анализа судебной практики, признаком злостности могут служить следующие обстоятельства, применяемые в совокупности:
  • 1) возбуждение судебным приставом-исполнителем исполнительного производства в отношении должника;
  • 2) неоднократное нарушение сроков выполнения предписаний судебных актов и исполнительных документов должником;
  • 3) наличие у должника реальной и фактической возможности исполнить судебный акт;
  • 4) непринятие должником достаточных мер по исполнению предписаний судебных актов;
  • 5) неоднократность выносимых приставом-исполнителем в адрес должника предупреждений об уголовной ответственности;
  • Тут же следует отметить, что суды в своей практике не всегда строго придерживаются установления всех указанных в перечне признаков и порой, исходя из обстоятельств конкретного дела, отступают от этого перечня.

Субъективная сторона характеризуется умышленной виной в виде прямого умысла. Виновный сознает, что не исполняет судебный акт и желает этого. Из этого следует, что косвенный умысел в рассматриваемом составе преступления исключается. Мотивы преступления на квалификацию не влияют. Ими могут быть личные отношения, интересы службы и т.п.

Субъект преступления специальный, а именно лица, указанные в законе: служащий коммерческой или иной организации, государственного или муниципального учреждения, представитель власти, государственный служащий, служащий органа местного самоуправления, в служебные функции которых входит совершение действий, обеспечивающих исполнение судебных актов.

Иные лица, уклоняющиеся от выполнения судебных актов, в том числе должники – физические лица, не подлежат ответственности по данной статье.

В процессе проработки линии защиты в уголовном деле о привлечении лица по ст.

315 УК РФ, используя открытые данные о вынесенных приговорах и актов судов вышестоящих инстанций, я изучил около сотни документов различных инстанций и предлагают рассмотреть некоторые ситуации, в которые попадали фигуранты уголовных дел, и какие доводы приводились сторонами, а также выводы судов по рассмотренным делам. Выборка составлена по неисполнению судебных актов по гражданским, арбитражным и административным делам.

ДЕЛА, ЗАКОНЧИВШИЕСЯ ОПРАВДАНИЕМ

ДОКУМЕНТ

Адвокат доказал в Верховном Суде, что «новая кассация» вышла за пределы своей компетенции

Верховный Суд опубликовал Определение № 78-КГ20-30-КЗ, в котором напомнил кассационному суду о пределах его компетенции.

Обстоятельства дела

30 марта 2016 г. в отношении Татьяны Филимоновой был составлен протокол об административном правонарушении. Постановлением, вынесенным начальником отдела полиции, женщина была признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.1 КоАП, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 500 руб.

В дальнейшем Московский районный суд Санкт-Петербурга отменил постановление и прекратил производство по делу об административном правонарушении на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП за отсутствием состава правонарушения. Санкт-Петербургский городской суд изменил основание прекращения производства на п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП – в связи с отсутствием события административного правонарушения.

После этого Татьяна Филимонова обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Минфину и МВД РФ о взыскании убытков в размере 50 тыс. руб.

Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того, что установленные при рассмотрении административного дела обстоятельства свидетельствуют о недоказанности объективной стороны вмененного Татьяне Филимоновой правонарушения.

Суд отметил, что поскольку в результате незаконного привлечения к административной ответственности Татьяне Филимоновой были причинены убытки в размере 50 тыс. руб., состоящие из понесенных расходов на оплату труда адвоката, то у нее возникло право требования их возмещения.

Убытки в виде расходов на оплату юридических услуг, указал суд, должны быть возмещены за счет средств казны Российской Федерации. Апелляция согласилась с этими выводами.

Однако Третий кассационный суд общей юрисдикции отменил решения нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение в апелляцию. Он подчеркнул, что вред, причиненный действиями должностных лиц правоохранительных органов, возмещается только при наличии их вины в причинении вреда.

По мнению кассации, в данном деле вина должностных лиц – сотрудников отдела полиции установлена не была, поскольку их действия в процессе производства по делу об административном правонарушении в установленном порядке незаконными не признаны.

Прекращение производства по делу, заметил суд, само по себе не свидетельствует о незаконности действий государственного органа или должностного лица.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 17 марта 2020 г. решение первой инстанции было отменено и вынесено новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Обращение в Верховный Суд

Не согласившись с такими выводами, Татьяна Филимонова обратилась в Верховный Суд. Ее интересы представлял адвокат АП Санкт-Петербурга Сослан Бетрозов.

В кассационной жалобе (имеется у «АГ») отмечается, что Третий кассационный суд общей юрисдикции в обоснование своего решения указал, что «обязательным условием возмещения вреда на основании ст.

Читайте также:  Сроки подтверждения оквэд для ип в 2021 году

1069 Гражданского кодекса Российской Федерации является вина должностного лица, ответственного за причинение вреда. В данном случае вина (в форме умысла либо неосторожности) должностных лиц – сотрудников 29-го отдела полиции судом установлена не была.

Действия сотрудников органов внутренних дел в процессе производства по делу об административном правонарушении в отношении истца в установленном порядке незаконными не признаны, а прекращение производства по делу об административном правонарушении само по себе не свидетельствует о незаконности действий государственного органа или должностного лица».

По мнению истицы, вывод суда прямо свидетельствует о неправильном применении (толковании) норм материального и нарушении процессуального права, в частности ст. 53 Конституции, ст. 1069. 1070 ГК. Указанное нарушение, приведшее к вынесению неправосудного решения, является фундаментальным и прямо предусмотрено ст. 390.14 ГПК в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.

В жалобе отмечалось, что ранее судами (в том числе кассационной инстанцией) было установлено и сторонами не оспаривалось, что в результате незаконного привлечения к административной ответственности истице были причинены убытки в размере 50 тыс. руб., которые сложились из понесенных ею расходов на оплату труда лица, оказавшего юридическую помощь.

Также указывалось, что в случаях, когда в отношении лица, привлеченного к ответственности, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 1 и 2 ст. 24.5 КоАП, применяются правила, установленные в ст.

1069–1070 ГК, которые устанавливают возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. «Анализ указанных норм ГК РФ позволяет сделать вывод о том, что расходы на оплату труда адвокатов в случае прекращения производства по делу об административном правонарушении на основании п. 1 и 2 ст. 24.

5 КоАП РФ возмещаются за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, – за счет казны субъекта Российской Федерации», – подчеркивается в жалобе.

Отмечалось, что в части расходов на оплату труда адвокатов в случае прекращения производства по делу об административном правонарушении на основании п. 1 и 2 ст. 24.5 КоАП РФ они, как следует из комплексного толкования ст. 1069– 1070 ГК и соответствует устойчивой позиции Верховного Суда, подлежат возмещению за счет казны Российской Федерации.

В связи с этим истица просила отменить определение кассации, оставив в силе решение нижестоящей инстанции.

Верховный Суд признал, что кассация допустила нарушения

Изучив материалы дела, ВС заметил, что и в апелляционной, и в кассационной жалобе МВД России ссылалось только на то, что суды нижестоящих инстанций при удовлетворении требований о взыскании убытков не применили ст.

100 ГПК об обязанности суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах, а потому их размер является завышенным.

Таким образом, МВД России, не возражая против удовлетворения исковых требований о взыскании убытков, причиненных незаконным привлечением Татьяны Филимоновой к административной ответственности, просило в кассационной жалобе лишь об изменении судебных актов путем снижения размера убытков, подлежащих взысканию.

«Между тем, отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 12 августа 2019 г. и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, суд кассационной инстанции на приведенные выше доводы кассационной жалобы не ссылался», – заметил Верховный Суд.

Кроме того, подчеркивается в определении, данные доводы, основанные исключительно на оценке размера возмещения судебных расходов применительно к фактическим обстоятельствам дела и не указывающие на какие-либо существенные нарушения норм материального или процессуального права, не могли являться основанием для кассационного пересмотра решений нижестоящих судов, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 390 ГПК кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Верховный Суд отметил, что соответствующие разъяснения содержатся также в абз. 2 п. 1 и в п. 24 Постановления Пленума ВС от 11 декабря 2012 г.

№ 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», устанавливая, что при рассмотрении кассационных жалобы, представления с делом суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства. При рассмотрении кассационных жалобы, представления суд кассационной инстанции проверяет только законность судебных постановлений, т.е. правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права.

Таким образом, подчеркивается в определении, ссылаясь на отсутствие вины сотрудников полиции и отменяя апелляционное определение в полном объеме, суд кассационной инстанции тем самым вышел за пределы доводов кассационной жалобы, однако не указал мотивов, которыми он руководствовался, и норму права, послужившую основанием для соответствующего процессуального действия.

Верховный Суд сослался на ст.

1069 ГК, согласно которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет, соответственно, казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

«Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен», – заметил ВС.

Несмотря на то что КоАП не содержит специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, положения ст.

15, 16, 1069 и 1070 ГК, восполняя данный правовой пробел, не допускают отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании указанных выше пунктов со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностных лиц.

«В связи с этим вывод суда кассационной инстанции о том, что для возмещения судебных расходов по делу об административном правонарушении необходимо установить вину должностных лиц государственного органа, нельзя признать правильным», – указал Верховный Суд. Таким образом, он отменил решение кассации от 13 января и апелляционное определение от 17 марта 2020 г.

Представитель истицы оценил выводы Суда

В комментарии «АГ» Сослан Бетрозов отметил, что вопрос обоснованности размера подлежащей взысканию суммы расходов, понесенных на представителя, в ВС не стоял.

«Оплаченная лицом стоимость услуг за оказание квалифицированной юридической помощи при рассмотрении дела об административном правонарушении, на мой взгляд, разумная и соответствует как сложности дела, так и объему оказанных представителем услуг.

ВС РФ, в свою очередь, последователен в ранее сформулированной позиции о недопустимости произвольного решения вопросов о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек», – указал адвокат.

КС: Обязанность возместить судебные издержки не зависит от вины проигравшей стороныПо мнению Суда, критерием наличия оснований для такого возмещения является лишь итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен

Сослан Бетрозов отметил, что выводы Третьего кассационного суда общей юрисдикции были ошибочными и противоречили как нормам материального, так и процессуального права.

Помимо прочего, суд вышел за пределы рассмотрения дела, установленные ст. 379.6 ГПК. «В данном случае позиция ответчика для суда значения не имела.

Отрадно, что Верховный Суд расставил в этом деле все на свои места», – подчеркнул он.

Адвокат указал, что гражданин, который понес убытки из-за незаконных или ошибочных действий должностных лиц, имеет право на компенсацию расходов, понесенных по делу. Данная позиция была сформулирована в Обзоре судебной практики от 9 февраля 2005 г., в п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2005 г. № 5, а также в Постановлении КС от 16 июля 2020 г. № 36-П.

Адвокаты посчитали определение ВС заслуживающим внимания

Адвокат АК «Гражданские компенсации» Марина Сомова указала, что определение заслуживает особого внимания, поскольку ВС не часто так детально разбирает доводы поступающих кассационных жалоб.

Марина Сомова отметила, что в конкретном рассматриваемом случае кассационная инстанция не рассмотрела довод, поставленный кассатором в своей жалобе, но сделала выводы о существенном нарушении материального или процессуального права судом апелляционной инстанции в отсутствие какой-либо мотивировки, что по своей природе является существенным нарушением. Именно поэтому Верховный Суд отменил незаконное определение кассационной инстанции и вынесенное по его указанию определение судебной коллегии апелляционной инстанции.

«Выход за пределы рассмотрения жалобы – это лишь право суда, но не его обязанность. Для выхода за пределы доводов кассационной жалобы ошибки, допущенные судами, должны нарушать в целом законность вынесенного судебного акта, при этом являясь существенными. В связи с этим и состоит трудность доказывания. Такие случаи происходят достаточно редко», – резюмировала Марина Сомова.

Адвокат АП Республики Башкортостан Надежда Крылова заметила, что еще в этом году Верховный Суд, согласно Определению от 17 марта 2020 г.

№ 83-КГ20-1, утверждал, что основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении явились нарушения, допущенные врачом при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а не противоправный характер действий сотрудника ГИБДД, однако в нарушение требований ст. 67, 198 ГПК суд им оценки не дал и данная ошибка не была исправлена судом апелляционной инстанции при проверке решения нижестоящего суда.

Надежда Крылова отметила также, что в Определении ВС от 7 июля 2020 г. № 44-КГ20-6-К7 указано, что «ответчик может быть освобожден от ответственности, если докажет, что вред причинен не по его вине».

«Поэтому отрадно, что после 15 июля 2020 г.

практика разрешения споров о возмещении расходов на представителя при производстве дел об административных правонарушениях изменилась, соответствует духу и смыслу Конституции и чаяниям граждан», – указала она.

Адвокат посчитала, что данное определение интересно еще и тем, что в нем указывается на нарушение кассационной инстанцией норм процессуального закона о пределах рассмотрения дела.

«И действительно, достаточные основания для выхода за пределы доводов кассационной жалобы отсутствовали, как следует из содержания определения, ибо ответчик, фактически частично признавая заявленные исковые требования, просил о снижении размера убытков, подлежащих взысканию», – резюмировала Надежда Крылова.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *